Цирковое зоошоу братьев Шатировых:
на манеже «дикие чудовища»

Как отмечают сами создатели необычной программы братья-близнецы, главное в их шоу, которое с успехом проходит в уфимском цирке, – разнообразие жанров. Александр – дрессировщик, Аркадий – воздушный гимнаст. Потому в их программе великолепно сочетаются уникальные гимнастические трюки с классной дрессурой.

-Создание такого масштабного представления – это обобщение почти 30-летнего творческого опыта работы братьев-близнецов. Общий же «стаж» в цирковом искусстве у семейной династии Шатировых – добрая сотня лет. Братья Шатировы – потомственные артисты цирка в третьем поколении. Их дедушка – Юрий Шатиров – работал в цирке клоуном, а мама – воздушной гимнасткой на трапециях, затем выполняла сольные номера в качестве наездницы на лошади, позже пришла в дрессуру.
Сегодня братья работают с лошадьми, медведями, питонами, львами и даже легко справляются с такими экзотическими животными, как гамадрилы. Но в минувшую субботу уфимцы, пришедшие на программу, стали свидетелями трагического случая: два льва набросились на одного из братьев Шатировых – дрессировщика Александра. Отказавшись выполнять трюки в самом начале второго отделения, одна из гривастых кошек вцепилась клыками в ногу артиста, следом же подскочил второй лев, поцарапав Александру руку. Помощники дрессировщика, быстро среагировав на случившееся, брандспойтами с водой и пистолетами-«пугачами» отогнали диких животных, а поднявшийся на ноги артист перетянул окровавленную ногу жгутом и попытался продолжить выступление. Но даже после взбучки львы продолжали огрызаться, поэтому было решено прекратить номер. Прямо с манежа Александр был доставлен на «Скорой» в 18-ю больницу, где раны зашили. Пока цирковой пациент будет в течение двух недель поправляться, на сцене Александра заменит брат-близнец Аркадий.
– Это еще что, вот нашей маме в свое время досталось. У цирка постоянно дежурила «Скорая» – обезьяны рвали маму по пять раз в месяц. Даже бросить это дело хотела, – рассказывает Аркадий. – Мама была первой дрессировщицей гамадрилов. И если сегодня мы выступаем с пятью «собакоголовыми» обезьянами, то у нее их было пятнадцать. Про них хорошо отозвался Брем: «Дикое чудовище с собачьей головой и человеческим телом». От себя могу добавить, что гамадрил отличается необыкновенным нахальством, мгновенной вспыльчивостью и чрезвычайной свирепостью. Это крайне опасный хищник, от которого в любую минуту буквально на пустом месте можно ждать вспышки ярости. Тем не менее у нас на манеже они себя ведут прекрасно. Дело в том что мы с братом с детства наблюдаем за этим видом и много о нем знаем.

– Как же вам удается справиться с одним из самых опасных видов обезьян?
– Помогает знание натуры гамадрилов, кстати, очень интересной. В природе они живут большими стаями, в которых очень развита иерархия. Есть вожак, есть его ближайшие вассалы, есть вассалы вассалов и так далее. Если вожак, например, ест, все остальные сидят тихонечко и не имеют права прикоснуться к еде. При ослушании – наказание. Причем провинившегося не рвут на части, как можно подумать, а просто вожак кидает на него взгляд и тот сам уходит. При этом детеныши, например, совершенно спокойно могут подойти к вожаку и чуть ли не из его пасти выдернуть то, что он ест, малышей он никогда не тронет. Понятно, что для наших обезьян вожаки – это мы с Аркадием.

– А как вы работаете с удавами?
– У змей очень мало безусловных рефлексов, и привить условные тоже практически невозможно. Но их можно приучить к человеку: к его температуре, к запаху – у удава замечательное обоняние. В принципе, это не дрессировка, а приручение. Но это тоже работа: сначала он на тебя кидается весьма агрессивно, надо его все время гладить, успокаивать, внушить, что ему ничего не грозит. А дальше уже зависит от артиста, который будет с этим удавом работать, – что придумает, куда его «наденет».

– Сколько времени нужно, чтобы вырастить четвероногого артиста?
– На каждый вид животных по-разному. Чтобы с нуля довести до рабочего состояния льва, надо потратить два года. Это минимум. Для медведя нормальный срок один год. Речь идет, конечно, о полноценном номере, в котором представлен целый набор отдельных трюков. Катание на самокате, например, займет две-три недели, не меньше. Лошади делают свой номер примерно три месяца. Дрессировка должна вестись каждый день, каждый раз одинаково, и самое главное – спокойно. Животные должны чувствовать, что ты не только тот, кого они должны слушаться, но и тот, кто их может защитить. Вот тогда можно работать без поводка. Если мои животные чего-то пугаются, то они бегут не от меня, а ко мне. Медведи, например, обнимают за ногу и прячутся за моей спиной.

– В дрессуре многое решает палка?
– Чтобы научить, например, медведя делать кульбит, совсем не нужно его бить или пинать ногами, хотя такое было раньше. Надо ему просто спокойно давать прикормку за каждое правильное движение. И чем он больше будет доверять дрессировщику, тем легче с ним работать. К нему можно всегда подойти, погладить, подкормить — он спокоен. Когда животное спокойно, эксцессов и агрессии не будет. Тебе же самому потом с ним работать. И без поводка. Животное должно тебе доверять, и если ты его наказываешь, то четко знать – за что.

Влад ЛАРИН.